| Главная | Рубрики | Информация о центре | Ссылки |                                                                                                                  Регистрация | Вход

Пашковский Николай Иванович
Старший преподаватель кафедры
уголовного процесса ОНЮА

Понятие и предмет международной правовой помощи по уголовным делам

Введение

Современный мир неустанно изменяется, существенными чертами этих изменений являются процессы глобализации и интеграции, с которыми тесно связано упрощение миграционных процедур, направленное на обеспечение свободы передвижения капиталов, товаров и людей. Объективной характеристикой современной преступности является ее постепенная не только организованность, но и транснационализация, распространение преступной деятельности на территории нескольких государств. В связи с этим при производстве по определенной категории уголовных дел возникает необходимость обращения к следственным, прокурорским, судебным органам иностранных государств за правовой помощью по выполнению определенных уголовно-процессуальных действий, получении информации относительно расследованного дела, выдаче преследуемых лиц, передаче уголовного производства.

Так, за период 1999-2000 гг. лишь в прокуратуру Одесской области поступило от иностранных государств 148 международных поручений о предоставлении правовой помощи по уголовным делам, 18 уголовных дел для принятия уголовного преследования и 52 ходатайства о выдаче правонарушителей. За этот же период прокуратурой направлено за границу 117 международных поручений о предоставлении правовой помощи и 14 ходатайств об экстрадиции граждан Украины, задержанных в других странах по розыскным заданиям правоохранительных органов области. Каждый год указанные статистические данные имеют тенденцию к возрастанию.

Проблемность вопросов предоставления международной правовой помощи обусловлена, во-первых, несовершенством нормативно-правового регулирования отношений по предоставлению международной правовой помощи, которое ограничено лишь международными соглашениями и ведомственными нормативно-правовыми актами, которые регламентируют организационно-правовые отношения и, соответственно, неурегулированной остаются собственно уголовно-процессуальная сфера; во-вторых, отсутствием судебной практики (позиций судов апелляционной и кассационной инстанций) относительно порядка оценки доказательств, полученных за пределами Украины; в-третьих, отсутствием научных исследований вопросов собирания, проверки и оценки доказательств в порядке международной правовой помощи в уголовных делах.

К проблеме международного взаимодействия в области уголовного судопроизводства в свое время обращались известные дореволюционные русские ученые И.Я. Фойницкий, Ф.Ф. Мартенс, М.Ф. Владимирский-Буданов, в советские времена А.И. Бастрикин, И.П. Блищенко, Л.Н. Галенская, В.П. Зимин, И.И. Карпец, В.Н. Кудрявцев, которые рассматривали вопрос возникновения и развития правового института международного сотрудничества стран по уголовным делам, формировали теоретическую базу этого института.

В настоящее время в данному институту вновь возросло внимание, в частнисти проблемам международной правовой помощи посвящены работы отечественных и российских ученых Р.М. Валуева, О.И. Виноградовой, А.Г. Волеводза, В.М. Волженкиной, Е.В. Карасёвой, И.И. Лукашука, В.В. Лунеева, В.В. Миленчук, Н.И. Малышевой, Э.Б. Мельниковой, А.В. Наумова и других ученых.

В своих роботах Ю.П. Аленин, П.Д. Биленчук, Т.С. Гавриш, Ю.М. Грошевой, И.В. Дрижчаный, В.Н. Дремин, Н.А. Зелинская, А.В. Кофанов, Т.В. Лукашкина, В.Т. Маляренко, В.С. Овчинський, С.Е. Еркенов также обращали внимание на существующие проблемы в указанной сфере. Следует отметить и задел по этому вопросу иностранных ученых, в частности Ш.М. Бассиони, Дж. Хетчарда, Ж.О.В. Мюллера, Э.М. Вайза, И. Бантекаса, С. Неша, М. Маккарела и других.

Государствами стремит определенная мотивация в данной сфере среди которой необходимо выделить следующие направления:
намерение сделать определенную территорию (например, территорию Европейского Союза) областью свободы, безопасности и справедливости;
улучшение практики сотрудничества между правоохранительными (в том числе и полицейскими, судебными) службами 1.

Определение международной правовой помощи по уголовным делам в системе правоприменительных действий

В правовой литературе уже довольно давно высказывалась мысль о том, что правовая помощь и сотрудничество по уголовным делам являются различными по смыслу и по существу (качеству взаимодействия) понятиями. По этому вопросу довольно основательное исследование в свое время провел советский ученый А.И. Бастрыкин. Он указал, что главное различие между указанными понятиями состоит в характере тех действий, которые принимаются в случае предоставления помощи или сотрудничества по уголовным делам. Так, “… правовая помощь имеет в виду выполнение отдельных действий, которые призваны только оказывать содействие решению определенных вопросов, связанных с расследованием, судебным разбирательством и исполнением наказания по отдельным уголовным делам” (дополним, что, как правило, эти дела ?касаются лишь интересов одной страны – инициатора правовой помощи) 2.

Сотрудничество наоборот, означает целенаправленную и постоянную, общую и согласованную, широкую по масштабам и вариативную по формам и направлениям деятельность компетентных правоохранительных органов, которая касается общих интересов сотрудничающих государств и направлена на достижение единых целей в борьбе с преступностью 3.Международное сотрудничество состоит не только (даже не столько) в предоставлении помощи в производстве (или в совместном производстве) определенного процессуального действия, а включает осуществление любых действий (процессуального, оперативно-розыскного, административного, информационного, организационного характера), направленных на борьбу с преступностью.

Считаем, что термины “правовая помощь” и “сотрудничество по уголовным делам” в указанном аспекте фиксируют разный уровень включенности учреждений юстиции стран мира во взаимодействие в сфере уголовного правосудия. Сотрудничество по расследованию уголовных дел собственно предполагает правовую помощь, но эта помощь имеет с точки зрения получения определенного результата двусторонний (двунаправленный) характер в момент ее предоставления. То есть государства в рамках сотрудничества, предоставляя друг другу правовую помощь по определенному уголовному делу, преследуют единую цель, обусловленную конкретным случаем (или наоборот, это сотрудничество сориентировано на определенную категорию уголовных дел, конкретный состав которых не определен).

Учитывая то, что правовая помощь рассматривается нами, как один из видов процессуальной формы взаимодействия, нужно остановиться на анализе подходов относительно определения содержания собственно понятия правовая помощь.

Например, широкое определение понятия “правовая помощь по уголовным делам” выделяет в ней и выполнение процессуальных действий, и выдачу (экстрадицию) преследуемых лиц, и передачу уголовного преследования. Так, по мнению В. П. Зимина, правовая помощь по уголовным делам состоит в осуществлении (по соответствующей просьбе) компетентными органами одного государства действий, выполнение которых необходимо для расследования уголовного дела, его рассмотрения в суде (в том числе в Международном) или для выполнения назначенного наказания в другом (запрашивающем) государстве 4.Аналогичное понимание правовой помощи можно найти и в роботах Р. М. Валеева, В. Г. Киселёва, которые также включают в содержание международной правовой помощи и экстрадицию 5.В. П. Шупилов причисляет к правовой помощи выдачу разрешения на допрос свидетеля, передачу вещественных доказательств, выдачу преступников и т.д.. Этот же автор определяет правовую помощь в сфере борьбы с преступностью как “осуществление компетентными органами одной из договорных стран действий, выполнение которых необходимо для расследования, рассмотрения в суде уголовного дела или для исполнения назначенного по делу наказания в другой договорной стране 6.Сходная точка зрения присутствует и в иностранной литературе. Ее придерживается, например, французский юрист C. Lomboіs 7.Американский исследователь G.O.W. Mueller считает, что под международной судебной помощью следует рассматривать “… помощь, которая предоставляется одной нацией другой в поддержку судебных или квазисудебных слушаний в судах (трибуналах) страны получателя” 8.

Расширительное толкование правовой помощи встречается в национальном законодательстве некоторых стран. Так, в главе VІ УПК Румынии, озаглавленной “Международная судебная помощь”, рядом с регламентацией дачи поручений судебного органа одной государства компетентному органу другой, предусмотрено также признание иностранных приговоров 9.Аналогичной позиции придерживаются и разработчики Модельного Уголовно-процессуального Кодекса для государств-участников СНГ, объединяя в главе 63 под родовым названием “правовая помощь по уголовным делам” разные виды процессуального взаимодействия.

Минская конвенция государств-участников СНГ о правовой помощи и правовых отношениях 1993 г. также продемонстрировало приверженность широкому определению понятия правовой помощи. В соответствия со ст. 6 данной Конвенции такая помощь состоит в составлении и пересылке документов, проведении обысков, изъятии, пересылке и выдаче вещественных доказательств, проведении экспертизы, допросе обвиняемых, свидетелей, экспертов, возбуждении уголовного преследования, розыске и выдаче лиц, совершивших преступления, признании и исполнении судебных решений по гражданским делам, приговоров в части гражданского иска, исполнительных надписей, вручении документов. Таким образом, в содержание правовой помощи включены несколько международно-правовых и процессуальных институтов, которые касаются производства по уголовным делам: выдача, передача уголовного преследования, признание и исполнение иностранных приговоров в части гражданского иска. Объем понятия правовой помощи возрос практически к объему понятия взаимодействия государств по уголовным делам и при этом было утрачено родовое понятие для действий, направленных на содействие при расследовании или судебном разбирательстве дела: допроса, экспертизы, обыска и др.

Подобное расширение понятия правовой помощи на наш взгляд не случайно. Все ранее (то есть в 70-80 года ХХ века) заключенные СССР договоры о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам содержат широкое толкование правовой помощи 10.

Таким образом, одной из точек зрения на международную правовую помощь по уголовным делам является расширительное толкование, в связи с чем выделяются следующие ее виды:
правовая помощь по уголовным делам (в узком понимании) 11 , то есть выполнение (или оказание помощи в производстве) запрашиваемых процессуальных действий на территории иностранного государства: производство следственных действий, вручение документов, передача предметов, предоставление документов, предоставление помощи в конфискации имущества и выполнение других процессуальных мероприятий;
экстрадиция, то есть выдача преследуемых лиц, подозреваемых (обвиненных) в совершении преступлений, осужденных, уклоняющихся от исполнения приговора;
передача уголовного преследования;
исполнение приговоров.

Но, говоря о зарубежной правоприменительной практике в исследуемой сфере, нужно отметить, что указанная позиция сейчас является скорее исключением, чем правилом 12.Даже простой анализ названий международных соглашений, заключенных в рамках Совета Европы, Европейского Союза, Бенилюкса и других региональных союзов показывает, что под правовой помощью понимается автономный от экстрадиции или передачи уголовного производства правовой институт. В странах Западной Европы нормотворческая практика пошла по пути раздельного международно-правового и национально-правового закрепления каждого правового института. Так, в разные годы был заключен ряд многосторонних европейских конвенций по экстрадиции, правовой помощи по уголовным делам, надзору за лицами осужденными или условно освобожденными, о международной действительности приговоров по уголовным делам, передаче уголовного преследования. Например, Закон Португалии “О судебном международном сотрудничестве в области уголовного права” №44/99 от 31 августа 1999 года 13 в системе международного сотрудничества разграничивает:

A) выдачу;
B) передачу уголовной процедуры;
C) исполнение решений по уголовным делам;
D) передачу лиц, осужденных к наказанию в виде лишения свободы;
E) надзор за осужденными лицами или условно освобожденными;
F) судебную взаимопомощь в уголовном производстве (статья 1 Закона).

Такой подход разрешает дифференцировать процедуру выполнения разнородных действий (через отдельные производства), довольно полно урегулировать стандартные ситуации, которые возникают при правоприменении и четко закрепить способы их решения не только в национальном законодательстве, но и в международных договорах.

В проекте УПК Украины, внесенном на рассмотрение Верховной Рады Украины 29.04.2003 г. также прослеживается последовательное обособление международной правовой помощи по уголовным делам (глава 54 проекта) от других видов процессуального взаимодействия (главы 55, 56, 57 проекта). Вместе с тем, разработчиками нового Кодекса оставлены без внимания такие виды процессуального взаимодействия Украины с другими государствами как выдача лиц международным юрисдикционным органам (организациям), исполнение решений по уголовным делам (хотя бы в части, которая касается гражданского иска), надзор за условно осужденными и условно освобожденными.

Что не скажешь о разработчиках Инструкции о порядке подготовки, передачи и выполнения органами прокуратуры Украины обращений о правовой помощи по уголовным делам, утвержденной приказом Генерального прокурора Украины от 28.10.2002 г. N 8/1, согласно п. 1.2. которой дается определение понятия правовой помощи в широком понимании, которое означает “…подготовку, передачу иностранным правоохранительным органам и судебным учреждениям, а также выполнения по их просьбе обращений (ходатайств, поручений, запросов) о:
производстве процессуальных действий (выполнении следственных действий, вручении документов, передаче предметов, предоставлении документов и выполнении других процессуальных мероприятий);
экстрадиции лиц;
передаче уголовного преследования.

Наконец, правовую помощь можно рассматривать как:

(а) акт;
(б) установленную законом процедуру, и
(в) межотраслевой правовой институт.

Виды международной правовой помощи

Большинство ученых не обращают внимание на то, что правовая помощь дифференцируется на публичную и частную в зависимости от субъектов, которые предоставляют и получают ее, целей, которая преследует предоставление правовой помощи, природы интересов, которым она призвана способствовать реализовываться. Внимание же преимущественно акцентируется на правовой помощи между органами двух и более государств (которая характеризуется публичностью).

В то же время процессуальная помощь может предоставляться государствам (как далее будет показано) и через частные учреждения и лица (например, детективные агентства, адвокатские объединения, и частных адвокатов юристов. И наоборот указанная помощь по уголовным делам может предоставляться не только государствам (как держателям уголовной процедуры), но и отдельным участникам уголовного процесса (обвиняемому, его защитнику, потерпевшему, и т.п.), то есть быть по характеру частной помощью.

Учитывая изменение взглядов на правовую помощь, учет его суженного понимания, интересным будет определение этого понятия, представленное в одной из последних современных работ, посвященных проблемам процессуального взаимодействия. Так, В.В. Миленчук под правовой помощью по уголовным делам понимает “…основанную на внутреннем законодательстве деятельность компетентных органов запрашиваемого государства по выполнению, согласно условиям международного договора, следственных поручений судебных и других компетентных органов запрашивающего государства о производстве на территории запрашиваемого государства процессуальных действий и оперативно-розыскных мер по собиранию доказательств в расследуемом в запрашивающем государстве уголовному делу” 14.

Конечно, правовая (судебная) помощь в области уголовного правосудия не оказывается в случае каждого обращения за ней соответствующего правоохранительного органа. Во-первых, процессуальная доктрина иностранных стран, как правило, признает, что правовая помощь предоставляется лишь судебным органам (собственно суду, органам государственного обвинения, органам досудебного следствия) и не предоставляется полицейским органам, производящим дознание, в таком случае может требоваться предоставление так называемой официальной помощи. Во-вторых, различаются соответственно и производство, по которому предоставляется правовая помощь. Для того, чтобы она была предоставлена требуется, чтобы было возбуждено производство по делу о совершенном преступлении (что отвечает в судопроизводстве Украины институту возбуждения уголовного дела).

Относительно определения понятия “уголовное дело”, считаем необходимым для этого использовать толкование этого термина, предложенное Европейским Судом по правам человека относительно статьи 6 Конвенции по защите прав человека и основных свобод 1950 г. Позиция Европейского Суда по правам человека, основанная на определении обвинения как уголовного в зависимости от материально-правовых и процессуальных признаков, прежде всего, от характера охраняемого общественного отношения, вида и меры санкции, которая применяется к правонарушителю, наличия соответствующих процессуальных правил и гарантий 15.

Так, в деле Енгель и других против Нидерландов Европейский суд по правам человека установил три критерия оценки публичного иска как уголовного обвинения:
отнесение деяния, согласно правовой системе государства-ответчика, к сфере уголовного права, дисциплинарного права или к тому и другому одновременно;
характер преступления;
строгость наказания, которое может понести соответствующее лицо 16.

Указанное определение уголовного обвинения касается и проблемы серьезности преступления в целях целесообразности обращения к иностранному государству за правовой помощью. Ряд международных договоров по вопросам правовой помощи указывают на необходимость обращения с помощью лишь в случае невозможности собирания доказательств в пределах собственной юрисдикции и в серьезных преступлениях. Так, например, п. 3 ст. 2 Договора между Украиной и Соединенными Штатами Америки предусматривает, что “Центральный Орган Запрашивающего Государства будет стараться не делать запросов, если, по его мнению: а) преступление, которого касается запрос, не причинило серьезных последствий, или объем помощи, которая спрашивается, не отвечает степени наказания, которое может быть применено” 17.

Вместе с тем, можно считать, что уголовное дело существует с момента начала производства по нему соответствующими процессуальными органами государства и вынесения об этом надлежащего процессуального решения 18.

Следующий аспект дифференциации правовой помощи на определенные виды обусловлен тем, что процесс собирания доказательств в случае предоставления международной правовой помощи характеризуется синтетичностью, то есть распространением деятельности по собиранию доказательств на территорию не менее двух государств (а соответственно и двух правовых систем) и охват ним не только собственно деятельности по поиску и закреплению доказательств, но и процесса направления соответствующих международных следственных (судебных) поручений и ответов о их выполнении.

Существование у каждого государства собственной (национальной) правовой системы не может не детерминировать определенные особые признаки национального судопроизводства и доказательственной деятельности в частности. При единой цели – установлении контроля над преступностью, методы, которые при этом могут использоваться являются разными в разных национальных юрисдикциях.

Соглашаясь с известным американским исследователем проблем международного сотрудничества в области уголовного судопроизводства Ш.М. Бассиони, (учитывая процесс сближения (унификацию) законодательства и правоприменительной практики стран мира) укажем, что правовые системы большинства государств можно условно объединить в две группы: континентальные системы и системы общего права 19.

Различие в юрисдикционной деятельности указанных двух систем состоит, в частности, в целях этой деятельности: суды континентальной системы стараются, как правило, установить истину по делу, в то же время перед судебной системой стран общего права стоит цель разрешения правового спора между уголовным обвинением и ответчиком. Достижения указанных целей реализуется применением довольно отличных процессуальных средств, что не может не отразиться на характере и объеме правового взаимодействия государств разных правовых семей в области уголовного судопроизводства 20.

В системе общего права суд, выполняя в большинстве случаев роль “ночного сторожа” за соблюдением сторонами процессуального законодательства (в особенности в суде присяжных), лишен полномочий по собиранию доказательств, его роль в процессе доказывания состоит лишь в соответствующей оценке доказательств, представленных сторонами. В связи с этим судьба доказывания по делу в значительной мере зависит от активности сторон процесса, в частности обвинения, а защита соответственно решает, какие необходимо предъявить доказательства с целью поддержания позиции подсудимого (ответчика) 21.

В континентальной системе правосудия наоборот, суд наделен значительными полномочиями по участию в уголовно-процессуальном доказывании, он может не только вытребовать необходимые доказательства, назначать экспертизы, давать судебные поручения органам досудебного следствия, но и возвращать дело для дополнительного расследования (для примера, в Украине такие полномочия суда предусмотрены ст.ст. 281, 310, 315-1 УПК Украины).

Это главное отличие в доказательственной деятельности указанных правовых семей мира определяет в целом и особенности всей уголовно-процессуальной деятельности. Учитывая то, что суд в системе общего права не имеет компетенции по собиранию доказательств, эта функция в целом возложена на стороны уголовного дела – обвинение и защиту, поэтому им предоставлены почти равные права по осуществлению доказательственной деятельности (за исключением, разве что сферы применения мер процессуального принуждения). В связи с этим компетенцией по собиранию доказательств не только в границах национальной правовой системы общего права, но и за ее пределами может владеть любое лицо, которое надлежащим образом на то уполномочено. При этом иностранные исследователи отмечают, что с точки зрения оценки судом государства общего права доказательств, полученных за границей, отсутствуют какое-либо условие, требующее согласия иностранной власти для того, чтобы иностранный представитель начал поиск доказательств на ее территории. В частности, по правилам системы общего права не устанавливается каких-либо отличий между частными лицами и представителями власти относительно внутренних или иностранных расследований 22.

В то же время, как известно, в континентальной судебной системе собирание доказательств (в формальном понимании этого элемента процесса доказывания) – это исключительная прерогатива процессуальных органов (суда, прокуратуры, следователя, органа дознания, лица, производящего дознание). Так, анализ уголовно-процессуального законодательства Украины, как и законодательства стран СНГ и континентальной Европы, позволяет констатировать, что другие субъекты процессуальной деятельности (защитник, потерпевший и т.д.) могут лишь собирать сведения (которые собственно доказательствами еще не являются), или ходатайствовать перед уполномоченными государственными органами о производстве соответствующих процессуальных действий, связанных с собиранием доказательств. Как следствие, деятельность участников процесса (в узком понимании этого слова) по собиранию доказательств за пределами государства континентальной системы (например, за пределами Украины) может быть реализована лишь через соответствующие процессуальные органы.

В связи с тем, что для системы общего права собирание доказательств это в определенной мере частное дело каждой из сторон процесса, они могут совершать эти действия за пределами юрисдикции суда собственного государства (то есть и на территории иностранного государства), если сторона не сталкивается с проблемой, которая не может быть преодолена частным лицом (например, при необходимости применения мер процессуального принуждения). Собранные в таком (частном) порядке доказательства будут признаны судом собственного государства как допустимые, если при этом не нарушались нормы процессуального законодательства государства суда. Тем самым, за признанием иностранных исследователей, судебная помощь, воспринятая как концепция общего права, формально основывается на том факте, что суд во время внутренних или иностранных расследований лишь помогает стороне, которая имеет трудности в собирании доказательств. С другой стороны, в континентальной судебной системе, для которой характерно возложение на процессуальные органы (суд, прокурора, следователя) обязанности по доказыванию обстоятельств дела, в принципе не существует другого пути для собирания доказательств за пределами национальной территории, как обращения процессуального органа за правовой помощью к иностранному компетентному учреждению юстиции 23.

Продолжая изложение проблем, затронутых в этом разделе работы, мы считаем необходимым указать на то, что отдельные исследователи расширяют содержание международной правовой помощи по уголовным делам, но не за счет других направлений процессуального взаимодействия. Речь идет о квалификации в качестве правовой помощи не только совершения процессуальных действий, направленных на выполнение просьбы иностранного государства (связанных с собиранием доказательств, выдачей предполагаемых преступников, передачей уголовного проведения и тому подобное), но и создания соответствующих правовых условий для совершения указанных действий компетентными органами иностранного государства самостоятельно (например, относительно деятельности консульских учреждений по выполнению поручений правоохранительных органов собственного государства) или реализации процессуальных прав иностранных граждан в национальном уголовном судопроизводстве (в частности, по представлению гражданского иска, и т.п.).

Этот вид правовой помощи G.O.W. Mueller называет пассивной судебной помощью, то есть помощью, которая предусматривает выполнение процессуальных действий сотрудником иностранного консульства или другим гражданином иностранного государства, и которая состоит исключительно в невмешательстве со стороны одного государства в уголовно-процессуальную деятельность, которая ведется на территории этого государства уполномоченным представителем другого государства 24.

Полагаем, что данный термин является полностью уместным и указывает на довольно сложное содержание правовой помощи. Но роль государства, на территории которого проводится соответствующее процессуальное действие, не является уже такой пассивной.

Представляется, что консульские и дипломатические учреждения должны более активно принимать участие в уголовно-процессуальной деятельности, которая, кстати, предусмотрена действующим законодательством. “Консульское учреждение имеет право выполнять… функции, порученные консульским учреждениям аккредитирующим государством, которые не запрещаются законами и правилами государства пребывания” 25.Главой V Консульского Устава Украины предусмотрено, что консул выполняет поручения следственных и судебных органов Украины относительно граждан Украины, если это не запрещено законами государства пребывания. Указанные поручения выполняются с соблюдением процессуального законодательства Украины 26.Кроме того, некоторыми консульскими конвенциями предусмотренное право на передачу правовых документов, согласно которому консульское должностное лицо имеет право передавать судебные и внесудебные документы, если это разрешено законами и правилами государства пребывания 27.

Предмет международной правовой помощи

Предметом международной правовой помощи, как правило, является деятельность по производству процессуальных действий на территории иностранного государства. Исследователи отмечают, что иностранная власть не может предоставить больший объем помощи, чем она имеет возможность предоставить внутренней власти в подобных случаях. С другой стороны, каждое государство должно проследить, чтобы его правовая помощь не вступила в противоречие с соответствующими принципами национальной правовой системы, в частности установленными конституционными нормами. Кроме того, мало пользы от помощи, если она проведена с существенным нарушением правил, установленных законодательством запрашивающего государства 28.

В свое время США отказали Италии в выполнении рогационного письма его консула в Денвере о допросе судом США свидетелей, которые проживают в Соединенных Штатах Francesco и Elіsabetta Macrі, а также Marіa и Franco Macrі по делу о совершении убийства гражданином Италии – Francesco Archіna 29.Francesco Archіna был обвинен в убийстве в г. Денвере (1957 г.). Во время судебного разбирательства, проведенного судом г. Денвера было установлено, что Francesco Archіna во время убийства находился в состоянии невменяемости, в связи с чем по судебному решению он был направлен на лечение в Государственную больницу в Пуебло. Спустя некоторое время американские власти депортировали Francesco Archіna на его родину – в Италию. На основании принципа гражданства Francesco Archіna был привлечен Итальянским следственным судьей за указанное убийство, совершенное в США, к производству о применении к нему мер безопасности 30.В связи с итальянским расследованием возникла необходимость допроса 25 свидетелей в США. Причиной отказа в предоставлении правовой помощи стало противоречие судебного запроса Итальянской власти поправке VІ Биллю о правах Соединенных Штатов 31, так как обвиняемый, который находился уже на территории Италии, был лишен права на конфронтацию, то есть встречного допроса свидетелей, свидетельствующих против него.

В связи с этим стоит вопрос об определении возможного содержания правовой помощи. Как уже выше отмечалось юридическим содержанием правовой помощи является производство действий по собиранию и проверке доказательств. Учитывая то, что правовая помощь предоставляется не только согласно международно-правовым актам, но и на основании процессуального законодательства запрашиваемого государства, конкретное содержание предоставляемой правовой помощи (то есть какие процессуальные действия потенциально могут быть проведены) зависит от предписаний уголовно-процессуального законодательства запрашиваемого государства.

Анализ международных соглашений позволяет сделать вывод о двух подходах к определению содержания международной правовой помощи:

– путем простого перечисления видов процессуальных действий, которые могут предоставляться во исполнение международных поручений (ст. 4 Минской конвенции 1993 г.);
– путем условного определения круга правовой помощи. Так, соответственно п. 1 статьи 1 Европейской конвенции о взаимной помощи по уголовным делам 1959 г. государства обязались предоставлять наиболее широкую взаимную помощь в уголовном преследовании.

В связи с этим, выделим следующие группы действий, которые охватываются понятием международная правовая помощь (относительно уголовно-процессуального законодательства Украины):

А. Процессуальные действия, предусмотренные действующим УПК Украины: следственные действия; отобрание объяснений; истребование документов у предприятий, учреждений, организаций, граждан; поиск имущества, вкладов и ценностей; наложение ареста на имущество, вклады и ценности; изъятие арестованного имущества; защита и представительство интересов иностранных государств, иностранцев и международных организаций.
Б. Процессуальные действия, предусмотренные международными соглашениями 32: вручение документов; вызов свидетелей, потерпевших, экспертов, гражданских истцов, гражданских ответчиков для участия в иностранном уголовном производстве; доставка лиц, содержащихся под стражей, для допроса в качестве свидетелей или потерпевших; поиск и передача предметов (вещественных доказательств, средств, полученных преступным путем); установление адресов и других данных (места работы, доходов) лиц, к которым предъявлен имущественные требования); сообщение сведений об осужденных; предоставление информации о праве иностранной страны (ст. 15 Конвенции государств-участников СНГ о правовой помощи и правовых отношениях в гражданских, семейных и уголовных делах 1993 г.); создание возможности самостоятельного уголовного производства иностранными учреждениями на территории государства, которое предоставляет правовую помощь.

Считаем необходимым остановиться на анализе именно отдельных процессуальных действий, предусмотренных международными соглашениями, в частности на институте вручения документов.

В договорах не содержится перечень документов, которые могут вручаться в порядке предоставления международной правовой помощи. Как правило, это повестки, постановления о признании лица определенным участником процесса, приговоры, постановления судов и другие процессуальные документы, которые составляются во время производства по уголовному делу.

Существуют два способа вручения документов:
Через дипломатические и консульские учреждения – собственным гражданам согласно национальному уголовно-процессуальному праву.
Вручение документов через соответствующие органы юстиции иностранного государства согласно его законодательству, действующему относительно вручения документов, при условии, что документы составлены на языке запрашиваемого государства или имеют заверенный перевод (или на одном из официальных языков Совета Европы – соответственно для Европейской конвенции 1959 г.).

В случае отказа лица от получения документов, должностным лицом органа, который исполнял международное поручение, составляется протокол, в котором должно быть указано место, время, способ, которым осуществлялось вручение, детальные сведения о лице, которому вручался документ, мотивы отказа от принятия документа (если таким мотивом является отсутствие перевода, то документы должны быть направлены на перевод в дипломатическое или консульское учреждение запрашивающего государства).

Если констатируется невозможность вручения документов по указанному адресу, исполняющий орган должен принять меры к установлению адреса лица, которому направлен документ (п. 2. ст. 10 Минской конвенции СНГ 1993 г.).

Расписка о вручении (подтверждение), которую дает лицо, получившее документ, направляется к запрашивающему государству. В ней указывается: место и время вручения, реквизиты (данные) лица, которое получило документ; подпись лица, которому вручен документ; подпись и данные лица, которое вручало документ; оттиск печати исполняющего органа.

Одним из распространенных методов предоставления международной правовой помощи является также вызов свидетелей, потерпевших, экспертов и других лиц. Свидетель, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители, а также эксперт, которые по вызову, врученному учреждением запрашиваемой Договорной стороны, должны явиться в учреждение юстиции запрашивающей Договорной стороны, не могут быть, независимо от их гражданства, привлечены на территории запрашивающего государства к уголовной или административной ответственности, взяты под стражу и наказаны за действия, совершенные до пересечения государственной границы запрашивающего государства. Кроме того, согласно Минской конвенции СНГ 1993 г. такие лица не могут быть взяты под стражу или подвергнуты наказанию, в связи с их свидетельскими показаниями или заключениями в качестве экспертов по уголовному делу, которое является предметом рассмотрения 33.

В данном случае, на наш взгляд, следует говорить о наделении указанных субъектов частичным иммунитетом от уголовной и административной юрисдикции, а потому свидетель, который явился к судебным органам Украины в порядке вызова из стран-участниц СНГ, не может быть привлечен к уголовной ответственности по ст. 384, 385 УК Украины.

Следует отметить, что указанными административными и уголовными иммунитетами лицо владеет при наличии трех признаков:
лицо прибыло по вызову, врученному учреждением юстиции иностранного государства;
лицо явилось в судебное учреждение государства, которое направило вызов;
лицо оставило территорию запрашивающего государства в течение разумного срока (По Европейской конвенции 1959 г. и по Минской Конвенцией СНГ 1993 г. этот срок составляет 15 суток, по двусторонним международным договорам бывшего СССР – 7 суток).

Как было указано существует также институт транзита свидетеля, который находится под арестом.Транзит не допускается, если
лицо не соглашается,
его присутствие необходимо для уголовного производства в государстве местонахождения,
если его транзит может повлечь увеличение сроков содержания под стражей,
транзит касается собственных граждан (это условие рассматривается как относительная преграда к транзиту).

В процессе расследования уголовных дел возможны ситуации, когда предметы, имеющие важное значение для установления истины по делу, оказываются за пределами государства, в котором проводится расследование.

Международными договорами установленные процедуры истребования таких предметов из других государств.

Стороны обязуются по просьбе передавать друг другу:
предметы, использованные при совершении преступления, влекущее выдачу лица согласно международному договору, в том числе орудия преступления;
предметы, приобретенные в результате преступления или полученные в качестве вознаграждения за него, или предметы, которые преступник получил вместо предметов, приобретенных таким образом;
предметы, которые могут иметь значение доказательств по уголовному делу (т. е. все предметы, которые имеют признаки вещественного доказательства – статья 78 УПК Украины).

Такие предметы передаются и в том случае, когда выдача обвиняемого не может быть осуществлена в связи с его смертью, бегством или при других обстоятельствах.

Если запрашиваемой стороне предметы необходимы в качестве доказательств по уголовному делу, их передача может быть отсрочена до окончания производства по делу в отношении лица, которое может быть со временем выдано.

Права третьих лиц на переданные предметы остаются в силе. После окончания производства по делу эти предметы должны быть безвозмездно возвращены стороне, которая их передала. Указанные правила предусмотрены ст. 78 Минской конвенции СНГ 1993 г., аналогичным образом решаются эти вопросы и Европейской конвенцией о взаимной помощи 1959 г. (статья 6).

Изъятые в ходе расследования уголовного дела предметы должны быть тщательно осмотрены с соблюдением процессуального закона, соответствующим образом упакованы.

Принятие решения о признании их вещественными доказательствами и приобщение к материалам уголовного дела обязательно. По возможности эти предметы должны быть сфотографированы, желательно в разных ракурсах, чтобы были заметны их индивидуальные признаки. Надо учитывать возможность порчи или повреждения предметов при перевозке, которая вменяет в обязанность следователя принять меры осторожности. Если изъятые предметы возвращены собственникам поврежденными, то это фиксируется документально в уголовном деле.

Если предметы передаются иностранному государству на определенное время, то должен быть указанный срок их возврата. Следователь всякую передачу оформляет мотивированным постановлением, отображает подробно обстоятельства обнаружения этих предметов, их значение для установления истины в деле, кому они принадлежат. Предметы, изъятые из оборота страны, передаче иностранному государству не подлежат (наркотики, радиоактивные вещества, психотропные средство и т.п.). Судьба их решается в установленном национальным законодательством запрашиваемого государства порядке.

Возвращение собственнику транспортного средства, признанного вещественным доказательством по делу, до принятия окончательного решения или вынесения приговора возможно только при отсутствии спора о праве на транспортное средство. Документы, которые удостоверяют права заинтересованных лиц на автомобиль, приобщаются к уголовному делу. Если требования предъявляет страховая компания, она представляет страховое свидетельство, которое подтверждает заключения договора страхование машины, платежный документ о выплате страхового возмещения страхователю или другому лицу, в пользу которого страховался договор, документ собственника автомашины об отказе от него в пользу страховой компании. До возврата автомобиля следователь обязан провести относительно этого вещественного доказательства все необходимые следственные и процессуальные действия, которые исключают их повторное производство. Автомобиль необходимо сфотографировать, провести его осмотр с участием специалиста, обнаружить индивидуальные признаки автомобиля.

Если уголовное дело расследуется иностранным государством, то решения о выдаче автомобиля принимается Генеральной прокуратурой Украины по ходатайству этой страны. Иностранному государству автомобиль может быть выдан после вступления приговора в законную силу или после окончания срока обжалования решения о прекращении уголовного дела.

При возникновении спора о праве собственности на автомашину вопрос о его возвращении решается судом по иску заинтересованного лица в рамках гражданского судопроизводства.

Иногда местонахождение предметов, которые имеют важное значение по делу, неизвестно, но есть основания считать, что они вывезены за границу. В этих случаях можно использовать содействие Интерпола.

Заключение

По результатам проведенного выше исследования можно прийти к следующим выводам.
Понятие правовой помощи в узком понимании охватывает все процессуальные действия, направленные на содействие досудебному или судебному следствию, которые перечислены в международных соглашениях. К таким действиям, как правило, относят обыск, выемку, допрос, экспертизу, вызов к суду и др. Подобное выделение правовой помощи в самостоятельный (равноправный экстрадиции, передачи уголовного преследования, надзора за условно осужденными и условно освобожденными лицами, признанию и выполнению иностранных приговоров) институт представляется нам оправданным, поскольку разрешает дифференцировать процедуру отдельных видов взаимодействия, более детально и предметно сформулировать правовые нормы, на которых базируется международное взаимодействие в рамках каждого из институтов.
В связи с этим, к числу недостатков Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях 1993 г. следует отнести и то, что она обошла молчанием такой международно-правовой институт, как надзор за условно осужденными и условно освобожденными лицами и свела институт признания и исполнения иностранных приговоров только к признанию и исполнению таковых в части гражданских исков. Практически Конвенция продемонстрировала недоверие к иностранной юстиции, которая до недавнего времени была единой в рамках СССР. Особо контрастно это представляется на фоне интеграционных, унификационных правовых процессов, происходящих в рамках Европейского Союза. Имея фактически все необходимые предпосылки для более тесного взаимодействия, учитывая общность исторического, культурного, правового, экономического развития, государства – участники Минской Конвенции не сумели не только сделать вполне закономерный шаг навстречу друг другу в области взаимодействия по правовым вопросам, но и оставить status quo 34.
Таким образом, , международная правовая помощь по уголовным делам (в узком понимании) – это предусмотренная национальным уголовно-процессуальным законодательством, международными нормативно-правовыми актами (договорами, конвенциями, пактами, протоколами, регламентами, соглашениями и т.п.), подписанными Украиной, или участницей которых является Украина, или права и обязанности по которых перешли к Украине в порядке правопреемства, система процессуальных мероприятий, механизмов, принципов, способов и методов, направленных на реализацию задач уголовного судопроизводства Украины и/или иностранного государства за пределами их национальной юрисдикции, путем совершения (или создания возможности совершения) за пределами территории государств-уголовной процедуры процессуальных действий по установлению определенного статуса за субъектами уголовного судопроизводства; по собиранию, проверке доказательств; поиске и аресте имущества; предоставлению информации об иностранном и международном праве и практике его применения; обеспечению защиты и представительстве интересов иностранцев, иностранных государств и юридических лиц, международных организаций в уголовном судопроизводстве.

Считаем, что в проекте УПК в разделе, посвященном производству по уголовным делам, связанным с международными отношениями, следует закрепить положения о том, что дипломатические (всегда) и консульские (по согласию принимающего государства) учреждения вправе вызвать граждан Украины для производства допроса, очной ставки и других следственных действий по доверенности органов досудебного следствия, прокуроров, суда. При этом представляется проблематичны, чтобы граждане, которые были вызваны дипломатическими и консульскими учреждениями, предупреждались об ответственности за неявку в указанные учреждения и об ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний 35.Но следует при этом учитывать, что эта ответственность может быть реализована только на территории Украины.

Рассмотрение международной правовой помощи по уголовным делам в его активном и пассивном аспектах разрешает сделать вывод, что именно этот механизм является единственной процессуальной формой собирания доказательств на территории иностранного государства для собственного уголовного производства.

Как нами уже отмечалось государства вступают в взаимодействие для достижения определенной цели, в связи с чем возникает вопрос об уровне достижения определенной цели. Взаимодействие как согласованную по месту, временами и целям деятельность следователей, органов дознания, экспертных учреждений и других органов юстиции государств, которая осуществляется на основании правовых норм 36 можно оценить с точки зрения его эффективности.

Эффективность взаимодействия государств в области уголовной юстиции, как и любого взаимодействия вообще, на наш взгляд, состоит в ее результативности и рациональности. Результативность обусловлена двумя факторами: достижением качественного результата (целые); производительностью (максимальным количеством результата). Рациональность состоит в правильности взаимодействия (точности, соответствия тактическим и нормативным предписаниям, правильному выбору средств взаимодействия: следственных и других процессуальных действий, организационных, поисковых и оперативно-розыскных мероприятий; правильном подборе субъектов взаимодействия), своевременности взаимодействия; надежности результатов (высокой вероятности достижения результатов данным путем, способом); экономности (экономия сил, средств и процессуального времени) 37: полезности взаимодействия (соотношения полученных результатов к побочным результатам (полезных и вредных), которые возникли вне усмотрения субъектов взаимодействия).

Основные критерии определения эффективности взаимодействия: строгое соблюдение надлежащей правовой процедуры; раскрытие преступлений и установление преступников; защита прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства; возмещение вреда, причиненного преступлением и необоснованным уголовным преследованием.

Литература: 

[1]См., например, преамбулу Council Resolution of 27 May 1999 on combating international crime with fuller cover of the routes used Official Journal C 162 , 09/06/1999 p. 0001 – 0001

[2]Бастрыкин А.И. Процессуальные проблемы участия СССР в международной борьбе с преступностью. – Л., 1985. – С. 24.

[3]Бастрыкин А.И. Указ. робота. – С. 25.

[4]Зимин В.П. Правовое обеспечение участия правоохранительных органов России в международном сотрудничестве по борьбе с преступностью //Проблемы расследования преступлений в условиях формирования правового пространства СНГ и развития международного сотрудничества: Сборник статей. СПб., 1994. – С. 24.

[5]См.: Киселев В. Г. Правовая помощь по уголовным делам договорах СССР с другими социалистическими странами: Автореф. канд. Л., 1978. – С. 16; Валеев Р. М. Выдача преступников в современном международном праве (некоторые вопросы теории и практики). Казань; Виноградова О.І. Міжнародне співробітництво України у галузі боротьби зі злочинністю. Автореф. дис….канд. юрид. наук. – Х., 2000. – С. 13. Реутт Б.В. Основные вопросы договоров о правовой помощи, заключенных между социалистическими государствами. Автореф. дис….канд. юрид. наук. – М., 1963. – 10 с.

[6]Шупилов В. П. Международно-правовая помощь по уголовным делам. //Советское государство и право. 1974. № 3. С. 85.

[7]Lombois C. Droit penal international. Paris. Dalloz, Z ed., 1979, p. 537.

[8]International criminal law / G.O.W. Mueller, E.M. Wise. South Yackensack: Rothman, 1965. – p. 414

[9]См. Кузьмин С.В. Некоторые критические соображения по вопросам межгосударственного сотрудничества в области борьбы с преступностью //Проблемы расследования преступлений в условиях формирования правового пространства СНГ и развития международного сотрудничества: Сборник статей. СПб., 1994. – С.71-72.

[10]Это можно объяснить генезисом института правовой помощи по уголовным делам, предусматривавший сначала практически единую процедуру для разных видов процессуального взаимодействия. Сейчас же идет процесс ее дифференциации, обусловленный необходимостью учета особенностей национального правового регулирования отдельных видов процессуального взаимодействия государств в сфере уголовного судопроизводства.

[11]Некоторые авторы называют данный вид правовой помощи оказанием помощи в уголовном преследовании. См.: Виноградова О.І. Міжнародне співробітництво України у галузі боротьби зі злочинністю. Автореф. дис….канд. юрид. наук. – Х., 2000. – С. 13. С данной точкой зрения согласиться нельзя, так как указанный вид деятельности не всегда связан с уголовным преследованием, но и с защитой лица от необоснованного обвинения, или с судебным рассмотрением дела.

[12]См.: Кузьмин С. В. Правовые проблемы признания иностранного приговора. Автореф. канд. дисс. Л., 1987.

[13]Cooperation judiciaire internationale en matiere penale. Loi n? 144/99 du 31 aout 1999.

[14]Милинчук В.В. Институт взаимной правовой помощи по уголовным делам. Действующая практика и перспективы развития. – М., 2001. – С. 19.

[15]Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: право и практика. – М., 1998. – С. 230-233. Див. також: Судебное решение по делу Энгель и другие (Engel and others) против Нидерландов от 08.06.1976 // Series A, No. 22, p. 82., в котором указаны критерии уголовного обвинения; Судебное решение по делу Функе (Funke) против Франции от 25.02.1993 // ECHR Series A, No. 256 (сформулировано понятие обвинения в уголовном правонарушении).

[16]Судебное решение по делу Энгель и другие (Engel and others) против Нидерландов от 08.06.1976 // Series A, No. 22, p. 82.

[17]Договор між Україною та Сполученими Штатами Америки про взаємну правову допомогу у кримінальних справах, підписаний 22 липня 1998 р. та ратифікований Україною Законом від 10 лютого 2000 року. Почав застосовуватися з 30 вересня 1999 р. після обміну відповідними дипломатичними нотами щодо його тимчасового застосування до набуття ним чинності. Міжнародне співробітництво України у правовій сфері. Видання друге. – Львів, 2001. – С.315.

[18]Например, в США уголовное дело формально начинается с момента получения ордера на арест или обыск лица, или составления обвинительного акта, если указанные правоограничения ранее не применялись.

[19]В целом указанная классификация поддерживается с определенными оговорками известными компаративистами Р. Давидом и В. Тихомировым. Див. Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности: Пер. с фр. В.А. Туманова. – М., 1998. – С. 21-23; Тихомиров Ю.А. Курс сравнительного правоведения. – М., 1996. – С. 112, 120.

[20]Mabkees C. The difference in concept between civil and common law countries as to Judicial Assistance and Cooperation in Criminal Matters // International criminal law and procedure / edited by M. Cherif Bassiouni. – 1973. – p. 171-172.

[21]Harry LeRoy Jones. International Procedural Law, Lectures at the Law School of the University of Parana Curitiba, 1961, First Lecture, p. 15.

[22]Mabkees C. The difference in concept between civil and common law countries as to Judicial Assistance and Cooperation in Criminal Matters // International criminal law and procedure / edited by M. Cherif Bassiouni. – 1973. – p. 174.

[23]Ibid. p. 177. В связи с этим господином К. Мебкисом предложено дифференцировать понятие судебной (относительно стран общего права) и правовой (относительно континентальной судебной системы) международной помощи по уголовным делам.

[24]International criminal law / G.O.W. Mueller, E.M. Wise. South Yackensack, 1965. – p. 417

[25]См., например, ст. 9 Консульської конвенції між Україною і Росією 1993 р., ст. 8 Консульської конвенції між Україною и Молдовою 1996 р. і інш.

[26]Консульський Статут України, затверджений Указом Президента України № 127 від 04.04.94 р.

[27]См., например, ст. 22 Консульської конвенції між Україною і Росією 1993 р., ст. 21 Консульської конвенції між Україною і Молдовою 1996 р.

[28]Mabkees C. The difference in concept between civil and common law countries as to Judicial Assistance and Cooperation in Criminal Matters // International criminal law and procedure / edited by M. Cherif Bassiouni. – 1973. – p. 220.

[29]Решение Окружного суда Денвер (штат Колорадо, США) от 12.01.60 г. по делу по судебному поручению правительства Италии.См.: International criminal law / G.O.W. Mueller, E.M. Wise. South Yackensack: Rothman, 1965. – p. 405-498.

[30]Под мерами безопасности понимаются меры государственного принуждения (отличные от мер уголовной ответственности), применяемые к лицам, совершившим уголовно-наказуемые общественно-опасные деяния, при условии отсутствия их вины, например, совершения деяния в состоянии невменяемости, с целью предупреждения совершения с их стороны новых общественно-опасных деяний. Новейшие уголовные законодательства стран Европы (в частности, ФРГ, Швейцарии, Испании и др.) предусматривают среди мер безопасности интернирование обычных преступников, лечение лиц, злоупотребляющих алкогольными напитками или наркотическими веществами, помещение в психиатрическую больницу душевнобольных, превентивное заключение, установление надзоры, запрет заниматься определенным видов деятельности и т.п. (ст.ст. 42-44 УК Швейцарии, 61 УК ФРГ, 96 УК Испании). Как видно из положений большинства уголовных кодексов, иностранные законодатели дифференцируют меры наказания и меры безопасности. См.: Уголовный кодекс Швейцарии / Пер. с нем. – М., 2000. – С. 18-21; Уголовный кодекс ФРГ /Пер. с нем. – М., 2001. – С. 35-36; Уголовный кодекс Испании. Под ред. и с предисл. доктора юридических наук, профессора Н.Ф. Кузнецовой и доктора юридических наук, профессора Ф.М. Решетникова. – М., 1998. – С. 39-40. Жалинский А., Рёрихт А. Введение в немецкое право. – М., 2001. – С. 632-633.

[31]Поправка VI (1791 г.) предусматривает, что “во всех случаях уголовного преследовании обвиняемый имеет право на быстрый и прилюдный суд беспристрастных присяжных того штата и округа, где совершено преступление, причет этот округ должен быть своевременно определен законом; обвиняемый имеем право требовать, чтобы ему сообщили о характере и мотивах обвинения и предоставили очную ставку со свидетелями, свидетельствующими против него; обвиняемый может требовать принудительного вызова своих свидетелей и пользоваться помощью адвоката для защиты”. В наше время это противоречие нейтрализировано путем заключения США соответствующих международных соглашений, но действует при отсутствии соглашений и предоставлении помощи на условиях взаимности. Кроме того, ч. 16 ст. 2 Конституции Штата Колорадо гарантирует, что “… в уголовных преследованиях обвиняемый должен иметь право быть присутствующим и защищаться самостоятельно или через защитника … и встречать свидетелей, которые свидетельствуют против него с глазу на глаз”. Суд решил, что конституционные права, гарантируемые согласно Конституции США, применяются в данном государстве лицами без какого-либо гражданства, а не просто гражданами США, и этот Суд связан данным конституционным ограничением и статутным правом, предписанным законодательными органами данного государства, чтобы осуществлять и исполнять данные статутные положения”, а поэтому рогационное письмо было решено возвратить, в связи с тем, что “… суд имел искреннюю веру в то, что не имеет власти исполнить данное письмо”.

[32]Приводится традиционный перечень следственных действий, характерный для двусторонних соглашений, заключенных до 1990 г.

[33]Ст. 9 Конвенції про правову допомогу і правові відносини у цивільних, сімейних і кримінальних справах 1993 г. Аналогичное положение об изъятии указанных лиц из-под уголовной и административной юрисдикции содержат практически все ратифицированные Украиной международные соглашения о правовой помощи, а также Европейская конвенция о взаимной помощи по уголовным делам 1959 г.

[34]Применение институтов надзора за условно осужденными, условно освобожденными, признания и исполнения иностранных приговоров позволило бы частично устранить проблему двойной юрисдикции в уголовно-процессуальном значении данного понятия, обеспечить исполнение правовой максимы “non bis in idem” (невозможности наказания дважды за одно и то же деяние того же лица), в ряде случаев разрешило бы проблему дополнительных наказаний, содействовало бы лучшей реадаптации осужденных. Осужденные, находясь в собственном государстве, имели бы возможность чаще встречаться с родственниками, не перенося неудобств чуждой языковой среды, в меньшей мере отрываясь от обычного для них социума. Применение института надзора за условно осужденными или условно освобожденными, в как института международной правовой помощи, ставит иностранных граждан в равные условия с собственными гражданами. Соглашаясь с точкой зрения С.В. Кульмина, что в противной случае за одинаковое деяние к собственному гражданину может быть применено условное наказание, а к иностранцу, в связи с отсутствием соответствующего договора, будет применяться т.н. “реальное” наказание, как правило, связанное с лишением свободы.См.: Кузьмин С.В. Некоторые критические соображения по вопросам межгосударственного сотрудничества в области борьбы с преступностью //Проблемы расследования преступлений в условиях формирования правового пространства СНГ и развития международного сотрудничества: Сборник статей. СПб., 1994. – С.73.

[35]Актуальні проблеми держави і права. – Зб. наук. праць. – Вип. 6. – Частина ІІ. – Одеса, 1999. – С.261-267.

[36]Быков В.М. Психологические аспекты взаимодействия следователя и органов дознания. Лекция. Омск, 1976. – С.5.

[37]Ожидание на взаимодействие другого государства по вопросам уголовного судопроизводства будет обоснованным, если цена правоохранительной деятельности (т.е. расходы не только на взаимодействие, но и на национальное уголовное производство по делу) будет отвечать тяжести расследуемого преступления или опасности преследуемого лица. Изучение уголовных дел и международных поручений свидетельствует о том, что нередко правоохранительные органы, запрашивая помощь у иностранных учреждений юстиции, фактически борются с ветряными мельницами, несмотря на незначительность преследуемого преступления. Следует учитывать, что производство следственных и процессуальных действий в порядке взаимодействия в уголовном судопроизводстве требует от иностранного государства значительных расходов. Для примера, прослушивание телефонных переговоров обходится казне США в 35,5 тыс. долларов в день, участие адвоката на досудебных производствах – минимум 20-30 долларов за час, в судебных – 30-50 долларов за час. См.: Демидов В.Н. Уголовный процесс и материальные затраты. М., 1995. – С. 38-39.

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.